Осторожно, психиатр!

Осторожно, психиатр!

В кабинете у психиатра:

«Он положил трубку, попросил задрать кофту и оголить живот. Я подняла кофту и показала живот. Затем он попросил меня отойти в конец кабинета и показать нижнее белье. Я спустила штаны и показала ему трусы».

Вы все еще наивно полагаете, что российские агрессивно — гомофобные настроения обойдут Вас стороной? Придется Вас огорчить. С недавнего времени, у каждого из нас есть риск оказаться жертвой неадекватных а, порой, доходящих до абсурда действий представителей властей и государственных учреждений.

Если, до недавнего времени, различные государственные инстанции старались не совать нос в личную жизнь граждан, то в настоящий момент, дела обстоят несколько иначе.

История лесбийской пары из Подмосковья, довольно показательна и может послужить, своего рода, инструкцией и предупреждением для гомосексуалов (и не только), недооценивающих всю серьезность сложившейся ситуации.

Александра и Лена вместе уже почти год. Миновав стадию ухаживания, они начали жить вместе, а через некоторое время приняли обоюдное решение завести ребенка. После нескольких неудачных попыток искусственной инсеминации, девушки задумались об усыновлении. Конечно, они осознавали, что выбрали не самый удачный период для пополнения в семье, но, решили пойти против системы и закрыть глаза на неблагоприятную обстановку в России.

Тщательно взвесив все «за» и «против» решили, что усыновителем будет Лена, так как у нее имеются все условия для принятия ребенка: ей 31 год, у нее собственная квартира и стабильная работа. Кроме того, по образованию Лера — педагог начальных классов, что является немаловажным плюсом для потенциального усыновителя.

Напомним, что на данный момент в России не существует официального закона, запрещающего российским гомосексуалам усыновлять детей. Иными словами, российские геи и лесбиянки, наравне с гетеросексуалами, могут являться кандидатом в усыновители.

Далее, рассказ продолжится уже, непосредственно, от лица Лены, которая постаралась подробно описать все нюансы неприятного инцидента, произошедшего с ней.

«В кабинет мы вошли вдвоем с Сашей. Представителем органов Опеки оказалась молодая женщина. Я объяснила причину своего прихода и она сразу же попросила меня написать заявление о зачислении в школу приемных родителей. Подозрительно поглядывая на Сашу, она задала мне вопрос: — «Вы проживаете одна?» Я ответила: — «Одна». Затем, из недр широкого стола она извлекла перечень документов, необходимых для процедуры усыновления. После упоминания о медицинском обследовании, она настойчиво попросила меня подойти к психиатру прямо сейчас.

После долгих поисков,мы, наконец, обнаружили психиатрический диспансер, который представлял собой унылое розовое здание с обшарпанными стенами. Кабинет психиатра мы также нашли с трудом.

В кабинет я вошла одна. За столом сидел обрюзгший мужчина средних лет, в очках и в белом халате. Я заметила, что в его компьютере было открыто окно с видеонаблюдением вестибюля.

Он пристально посмотрел на меня и спросил:

— Чего изволите?

Я очень нервничала и потому довольно сумбурно объяснила ему причину своего прихода и добавила, что органы Опеки направили меня к нему на прием.

— А где направление? Куда ставить отметку?- спросил он

— Мне их не выдали, — ответила я

После этого, он внезапно перешел на «ты». Я опешила.

Он объяснил, что для начала мне необходимо пройти всех врачей и только после этого явиться к нему за заключением. При этом, он не переставал пристально и навязчиво меня разглядывать.

Вдруг, ни с того ни с сего он спросил:

— А почему ты так одета?

Я была одета в женские узкие джинсы, женскую приталенную флиску и синюю спортивную куртку для сноуборда.

Я резонно спросила:

— А что не так с моей одеждой?

Он ответил:

— Ты одета, как мальчик и стрижка у тебя, как у мальчика!

Затем спросил прямо в лоб:

— А ты лесбиянка?

Я оторопела и отчеканила:

— Нет, с чего вы взяли?

Он проигнорировал вопрос и продолжил:

— У тебя были когда-либо отношения с девушкой?

Я снова ответила отрицательно.

Затем он спросил:

— А тебя, случайно, не тянет к девушкам?

Я опять ответила: нет

Он уточнил:

— Что, совсем?

Я промолчала.

— А ты замужем?

— Нет

— А почему?

Я резко ответила:

— Просто никто не звал!

Далее разговор перешел в допрос с пристрастием:

— А гражданский муж у тебя есть? Или парень?, — не унимался он

— У меня были отношения, но, на данный момент, я одна.

— И как долго вы встречались?

— В течение двух лет

— А до этого у тебя были ли отношения с парнями?

— Да, были.

Он сделал паузу и снова перевел тему на мой внешний вид

— И все же, почему ты одета, как мальчик?

— Я одета в женскую одежду и мне в этой одежде удобно и тепло, потому как на улице зима.

За этим последовал еще более маразматический вопрос:

— А почему у тебя куртка не красного цвета? У девушки ведь должна быть яркая одежда, а на тебе все синее и серое.

— Яркие цвета мне не идут. Я предпочитаю обычные повседневные цвета.

Вопросы перешли в профессиональное русло:

— Кем ты работаешь?

— Работаю на складе водителем- погрузчика.

— А почему работа мужская?

— Обычная работа, без чрезмерных физических нагрузок.

С этого момента события разворачивались, как в страшном сне:

— Сними куртку, — попросил он

Я сняла куртку и повесила на стул, оставшись во флиске и в джинсах.

— А у тебя вся одежда такая?

— Это удобная одежда для зимы, летом я одеваю юбки и шорты.

— А есть ли у тебя в телефоне фото, где ты похожа на девочку?

— Да, могу показать.

Я порылась в телефоне, нашла фото, на которых я с длинными волосами и в женственной одежде и показала ему.

Затем он попросил засучить рукава на кофте. На левой руке он заметил синяк и заинтересовался им. Я ему объяснила, что накануне сдавала кровь из вены, после чего остался синяк.

Для подтверждения своих слов, я предложила ему посмотреть анализы, которые находились у меня в сумке. Он буквально выхватил у меня из рук бланк с результатами анализов, внимательно их просмотрел и начал сокрушаться по поводу незначительных отклонений некоторых показателей (недавно я переболела ОРВИ, что, естественно, отразилось на результатах анализов).

Затем, без каких-либо объяснения, он начал судорожно набирать какой-то номер на городском телефоне. Насколько я поняла, на другом конце провода трубку взяла какая-то женщина, к которой психиатр обратился по имени и начал задавать вопросы по поводу моих анализов. Когда его собеседница спросила, с какой целью он этим интересуется, он ответил, что пришла девочка, желающая усыновить ребенка. При этом, он подробно меня описал: одета как мальчик, выглядит как мальчик и с мужской стрижкой. Женщина задала ему какой- то вопрос, на что он ответил: посмотрел летние фото в телефоне, вроде, выглядит, как девочка.

Я не знаю чем закончился разговор, но когда он положил трубку, то попросил задрать кофту и оголить живот.

Я подняла кофту и показала живот. Затем он попросил меня отойти в конец кабинета и показать нижнее белье. Я спустила штаны и показала ему трусы (на мое счастье, в этот день на мне были трусы с котиками и бантиками).

Он спросил:

— А что это за полоска у тебя на животе? Ты что, бреешься?

— Нет, эта полоска у меня от рождения.

Потом он попросил приспустить трусы. Когда я приспустила, он попросил:

— Ниже!

Далее, он попросил показать бюстгальтер. На мне был спортивный топ. Его заинтересовало, почему на мне нет женского бюстгальтера. Я объяснила ему, что предпочитаю спортивный бюстгальтер, так как у меня маленький размер груди. Он сказал:

— Подними то, что ты называешь бюстгальтером и покажи грудь

Я подняла и попутно задала вопрос:

— А что вы там хотите увидеть?

На что он ответил:

— Хочу посмотреть есть ли у тебя волосы на груди или сосках.

Наконец, экзекуция подошла к концу и он разрешил мне одеться.

Внезапно он спросил:

— Почему ты рассталась со своим молодым человеком? Тебя вообще возбуждают мужские ласки?

Я снова опешила и сказала:

— Да

Его следующий вопрос окончательно поставил меня в тупик:

— А где у тебя эрогенные зоны?

Я уклончиво ответила:

— ну… шея, грудь..

— Кого у тебя больше в друзьях, мужчин или женщин?

— У меня разные друзья.

— А сколько у тебя друзей мужского пола?

— 50/50

— Какого пола ребенка ты хочешь?, — спросил он

— Мальчика, — ответила я

После непродолжительной паузы, он промямлил:

— Ну ладно.. Приходи со своими этими справками, я их подпишу.

Интересно, какие мысли приходят Вам в голову после прочтения данной истории?

Честно говоря, мои чувства и рассуждения по этому поводу возможно выразить только нецензурными словами, но я все же постараюсь облечь их в подобающую форму.
Вот что интересно: с каких это пор человек, желающий усыновить ребенка, для того, чтобы получить справку о вменяемости из психдиспансера, должен устраивать стриптиз-шоу в кабинете на глазах у жирного и, скорее всего, озабоченного мужика и рассказывать ему о своих сексуальных фантазиях? Входит ли в компетенцию врачей подобные идиотские вопросы и неприличные просьбы? И что делать, если в следующий раз для установления вменяемости и подтверждения «правильной» сексуальной ориентацией, кандидата в усыновители попросят на деле доказать свои «традиционные сексуальные предпочтения»?

Автор: Лейла Т.

Похожие статьи

Details

  • Categories: Статьи